Его назначение продлилось всего несколько дней, но успело расколоть театральное сообщество на два непримиримых лагеря. Константин Богомолов, который в конце января занял кресло исполняющего обязанности ректора легендарной Школы-студии МХАТ, сегодня сам попросил об отставке. И Министерство культуры его просьбу удовлетворило.
Казалось бы, кадровая перестановка — обычное дело. Но в случае с Богомоловым она обнажила давно назревший конфликт в профессиональной среде: что важнее — формальное право на преемственность или реальная компетенция, пусть даже и не подкрепленная «правильным» дипломом.
Личное решение
«Дорогие друзья, я попросил Министра культуры освободить меня от исполнения обязанностей ректора Школы-студии, — написал Богомолов в своем Telegram-канале утром. — От сердца желаю Школе и ее нынешнему и будущему руководству удачи и терпения».
Он пробыл на посту меньше недели. Его назначили после ухода из жизни Игоря Золотовицкого, который руководил вузом с 2013 года. Скоропостижная смерть ректора, безусловно, создала вакуум, который нужно было заполнять срочно.
Однако кандидатура Богомолова оказалась настолько спорной, что процесс легитимации новой власти с самого начала пошел под перекрестным огнем критики.
Восстание выпускников
Едва новость обошла каналы, как группа выпускников Школы-студии оперативно собрала подписи и отправила в Министерство культуры открытое письмо. Тон обращения был категоричным, почти ультимативным.
«Выбор этой кандидатуры категорически нарушает традиции преемственности, существующие в Школе-студии на протяжении всей ее истории», — говорилось в документе.
Авторы письма настаивали на том, что ректором может стать исключительно человек, который сам прошел через эту школу, впитал ее этические принципы, учился у мхатовских педагогов. Богомолов, при всей его известности и регалиях, формально к этому кругу не принадлежит.
Под обращением подписались десятки известных артистов. Юлия Меньшова, Марк Богатырев, Марьяна Спивак, Андрей Бурковский, Антон Шагин — они не скрывали своей позиции и публично высказывались против назначения.
По сути, впервые за долгое время театральная элита продемонстрировала такое редкое единодушие в вопросе, который касается не творчества, а управления и наследия.
Аргументы защиты
Однако у Богомолова нашлись не менее влиятельные защитники. Генеральный директор Первого канала Константин Эрнст вступился за режиссера, назвав критику наивной и несостоятельной.
«Идея о том, что, не учась в Школе-студии МХАТ, ты не являешься последователем школы русского психологического театра, — ерунда», — заявил Энст.
Он напомнил важный факт, который оппоненты предпочли опустить: Богомолов вырос как режиссер именно во МХАТе. Его туда пригласил сам Олег Табаков, и за годы работы Константин Юрьевич поставил на этой сцене спектакли, которые уже вошли в историю театра.
Кроме того, по мнению Эрнста, Богомолов доказал свою эффективность как художественный руководитель и менеджер — качество, которое сейчас важно не меньше, чем формальная принадлежность к династии.
Что дальше?
Теперь Школа-студия вновь осталась без руководителя. И, судя по всему, Министерство культуры прислушалось к мнению профессионального сообщества, не став удерживать непопулярную фигуру.
Богомолов сохраняет за собой пост худрука Театра на Малой Бронной и Сцены «Мельников». У него остаются творческие проекты и премьеры. Но осадок от этой короткой и конфликтной эпопеи, скорее всего, останется.
История с назначением и отставкой Богомолова показала главное: Школа-студия МХАТ, несмотря на смену эпох, остается не просто учебным заведением, а институцией с мощной идентичностью.
И пренебрегать ее внутренними нормами не получится — даже если ты талантливый режиссер и за твоей спиной стоят большие союзники.