Комната в хрущевке на 2-м Мосфильмовском переулке. На полу, в странной, неудобной позе, лежала женщина. Вошедший муж, актер Эдуард Бредун, бросает раздраженную, привычную фразу: «Уже набралась, вставай!». Но на этот раз привычный сценарий дал сбой.
Женщина не шевелилась. Подбежавший слесарь, взглянув на характерные пятна на лице, проворчал: «Ты что, не видишь, она же мертвая!». Так закончилась жизнь Изольды Извицкой — актрисы, которой рукоплескал Каннский фестиваль и которую западные СМИ величали «советской Мэрилин Монро».
Ее путь к славе казался сказочным. Девушка из Дзержинска с «фарфоровой» кожей и изумрудными глазами, названная в честь средневековой легенды, поступила во ВГИК благодаря провидению местного режиссера.
Уже на курсе, где собрались будущие звезды (Конюхова, Румянцева, Нифонтова), она выделялась неземной, хрупкой красотой.
- «Когда она поднимала свои огромные ресницы, ты заглядывал в омут, в тайну» — вспоминала ее однокурсница Татьяна Конюхова.
Судьбоносной стала встреча с режиссером Григорием Чухраем. В 1956 году он рискнул доверить никому не известной выпускнице главную роль в фильме «Сорок первый» — страстную и трагическую любовь красноармейки Марютки к белогвардейцу.
Картина, прорвавшая шаблоны советской идеологии, стала мировой сенсацией. В Каннах ее встречи овациями. Западная пресса единогласно провозгласила Извицкую «звездой №1» из-за железного занавеса, а в Париже даже открыли кафе ее имени.
В Москву она вернулась триумфатором. Ее фото в киосках «Союзпечати» сметали, портреты украшали афиши по всему Союзу. Она стала лицом оттепели — желанной гостьей на приемах в Париже, Вене, Буэнос-Айресе. Ей пели дифирамбы, за ее внимание соперничали известные политики и артисты.
Но за ослепительной обложкой скрывалась иная реальность. Романтичная и ранимая, Изольда не обладала «толстокожей» психикой, необходимой для жизни под прицелом славы.
Ее мужем стал актер Эдуард Бредун. Этот союз, который коллеги встретили недоумением («Боже, какая страшная фамилия!»), стал роковым.
Бредун, актер второго плана, гордился женой-звездой, но его стихией были шумные застолья. Чтобы муж пил меньше, Изольда, по воспоминаниям Чухрая, начала «брать на себя часть алкоголя», постепенно втягиваясь.
Главной же драмой стала профессиональная пустота. Глубоких, серьезных ролей после фильма «Сорок первый» ей не предлагали. Режиссеры, как объяснял Чухрай, в погоне за собственными открытиями, проходили мимо готовой звезды.
Сокрушительным ударом стал провал на пробах в фильм «Идиот» Ивана Пырьева. Мастер грубо раскритиковал ее при всех, и эта новость с наслаждением разнесли по московским коридорам.
Началось стремительное угасание звезды. От главных ролей — к второстепенным, затем к эпизодам. Единственная отдушина — успех в сериале «Вызываем огонь на себя» (1963) — не открыла новых дверей. Коллеги, по выражению актрисы Майи Менглет, «воспринимали ее депрессию чуть ли не с восторгом». От нее отвернулись многие «друзья».
Семейная жизнь превратилась в ад. Гости находили Изольду избитой. В январе 1971 года Бредун совершил финальное предательство: собрал вещи и ушел к подруге жены. Актриса окончательно замкнулась в своей однокомнатной квартире, живя на скромную зарплату из Театра киноактера.
Свидетелем ее последних дней стала актриса Татьяна Гаврилова. Она застала Извицкую в драном французском халате, с пустым холодильником, но с бутылкой «Столичной».
- «Я была поражена, что эта нищая женщина — та самая Изольда Извицкая» — вспоминала Гаврилова.
Несмотря на истощение, актриса пыталась ухватиться за жизнь — ждала репетиций нового спектакля «Слава». Но 23 февраля 1971 года она перестала отвечать на телефон.
Дверь взломали только 3 марта. Официальная причина смерти — сердечно-сосудистая недостаточность. Неофициальная — сломленная депрессия, голод, холод и тотальное одиночество.
На похоронах пьяный Эдуард Бредун кричал в морозную тишину: «Бросайте камни аккуратно, аккуратно, ведь ей же больно!». Он пережил жену на 13 лет, так и оставшись в истории лишь мужем «той самой Извицкой».
А ее звезда не погасла. Фильм «Сорок первый» остается в золотом фонде мирового кино. В родном Дзержинске память о ней бережно хранят, а поклонники до сих пор приносят цветы к мемориальной доске.